Все материалы представлены исключительно для ознакомления. Ни создатели библиотеки, ни хостинг-провайдер, ни кто-либо еще не несут никакой ответственности за собранные здесь материалы. Все авторские права принадлежат их владельцам. Если владелец авторских прав не желает, чтобы его произведения были доступны через наш сайт, ему достаточно сообщить нам об этом по адресу: knigitxt[]mail.ru
Предварительный просмотр книги:
Александр Яшин.
Сирота
Александр Яковлевич Яшин (Попов) (1913-1968)
Источник: Александр Яшин, Избранные произведения в 2-х томах, том 2,
Проза,
Изд-во "Художественная литература", Москва, 1972, тираж 25000 экз.,
цена 72 коп.
OCR и вычитка: Александр Белоусенко ( elou e ko@yahoo.com)
СИРОТА
Повесть
Когда Павлуша понял, что не осилит троих, он испугался и
предусмотрительно заревел на всю улицу. Ребята опешили: как так? - сам
первый бросился в драку, сам их поколотил, его не тронули, и орет во все
горло.
- У, гнида! - с отвращением и ненавистью прошипел ему в лицо кривоногий
некрасивый мальчишка, облизнул с верхней губы соленую кровь и сплюнул ее.-
Чего вопишь?
- А ты не лезь.
- Мы на тебя лезли? Чего воешь?
- Бабушке скажу-у.
- Драться не хочешь, да?
- Я устал!
- У, гнида! - зашипел опять мальчишка и, размахнувшись из последних
сил, ткнул кулачонком, целясь в щеку Павлуши. Но Павлуша ловко отклонился, и
тот упал ему в ноги, ударившись лицом о твердую землю. Кривоногому мальчишке
было, по-видимому, очень больно, но он не заплакал, а Павлуша пнул его,
лежачего, несколько раз и заревел громче прежнего, хотя на него никто не
нападал. Двое других супротивников смотрели, раскрыв рты от удивления.
На рев вышел из соседнего дома мужчина, босой, в нижних домотканых
портках, с густыми нечесаными волосами и грязной бородой, и еще с крыльца,
скороговоркой и нехотя, словно отмахиваясь от комаров, заворчал:
- Что тут у вас, обломоны? Набросились трое на одного - победители!
Всем уши выдеру!
Павлуша наспех вытер глаза и приготовился бежать, потому что увидел
перед собой отца того кривоногого мальчишки, который валялся на земле,-
какая уж тут Павлуше поддержка! Но... услышав слова: "Набросились трое на
одного",- не побежал, а завыл еще пуще.
- Бесстыжие! - кричал мужик, приближаясь к ним.- Чего делите? Из-за
чего воюете?
Сынишка его поднялся с земли и, съежившись, ждал трепки, но не плакал.
- Мы не воюем,- стал оправдываться он.
- Как не воюете?
- Он первый полез. Он у Петьки морковку отнял. Мы его еще не били.
Мужик осмотрел ребятишек: у сынка течет кровь из носу Петька весь в
грязи - тоже, видно, валялся на земле третий держится за ухо, а у Павлуши
хоть и незаметно никаких следов побоев, но вся рожа в слезах...
И он сказал:
- Гм!..
Потом запустил руку в грязную бороду, поскоблил ее, поскоблил затылок,
что означало глубокое раздумье, и, наконец, вынес решение:
- Не трогайте его, ребята: он сирота.
* * *
Так в шесть лет Павлик понял, что быть сиротой не так уж плохо. Понял и
запомнил.
А осиротел Павлуша в своей жизни дважды. В первый раз во время войны.
Как-то он вернулся с реки - хотелось есть, хотя живот был до отказа
набит щавелем и зелеными дудками,- и застал дома мать, плачущую навзрыд.
Мать плакала часто, поэтому он не обратил на это особого внимания, к тому же
за печкой, захлебываясь слезами, плакал его младший братик Шурка, тоже,
наверно, есть хотел. Все же Павлуша не стал просить еды у матери. Но бабушка
его удивила.
По правде сказать, Павлик не надеялся, что ему дадут что-нибудь поесть
в середине дня, и потому заранее набил живот луговой зеленью, но и не
просить поесть он тоже не мог: вдруг перепадет кусок хлеба либо сухарь,
намоченный в соленой воде,- ведь всякое случается, а есть ему всегда
хотелось. И он подошел к бабушке почти равнодушно, без всякой надежды на
успех.
- Бабушка, поись ба!
И вдруг бабушка, ни слова не говоря, чего никогда раньше не случалось,
отдала ему половину молока из Шуркиной чашки. Мало этого, она еще обняла его
и капнула ему на голову, на самую макушку, теплую слезу. "Вот те на - и
бабка заревела!" - с удивлением отметил он про себя.
- Кушай на здоровье, внученька, сиротинушка ты моя горемычная! -
сказала бабка с причетом, и Павлик все понял.
- Али тятьку убили? - спросил он с интересом, но еще без всякого
чувства.
- Убили родителя твоего, внучек, кормильца нашего богоданного убили,-
запричитала бабка.- Извещение пришло.
Мать в углу на лавке после этих слов залилась еще безутешнее, а
перепуганный Шурка перешел на визг.
Павлуша почти не помнил своего отца и, прислушиваясь к реву, безуспешно
старался вызвать в душе сожаление о случившемся, но никакого гор
Куда я попал? Что я здесь найду?
